Левый берег - Страница 86

Из этого — вывод, господа курсанты… Рассматриваемый нами сейчас вопрос является ключевым. И только при его решении возможен успех всего дела…

07.03.2009. 16:41

— Здравствуй, Аякс.

— Здравствуй, Учитель.

— Рассказывай, как дела.

— Работаем потихонечку. Видимых проблем пока нет.

— А невидимых?

— А о невидимых я тебе сообщу, когда они станут видны.

— Все шутишь…

— Я чего мне… Как там у ребят дела на других участках.

— Никто не жалуется пока. Привет Вам передавали.

— Спасибо. Их тоже от нас поприветствуй. Кстати, я окончательно определился с кандидатом на должность руководителя нашей дружины.

— Так. Интересно послушать.

— Котов Павел Игоревич, восемьдесят четвертого года рождения. Холост. Русский. Проживает один в однокомнатной квартире. Окончил местный пединститут. Филолог. Работает в мелкой фирме по продаже оргтехники. Член "Партии территорий". Трудится в кировогорском отделении партии на общественных началах. Мечтает сделать карьеру в политике, но перспектив почти нет.

— Что еще?

— Думаю, я собрал по нему достаточно информации, чтобы с большой долей вероятности утверждать, что он нам подойдет. Был у него дома. Как и предполагал, вся литература — пророссийского содержания. Его научный руководитель настроен крайне прорусски. Я тебе завтра вышлю все материалы по электронной почте. Мне требуется заключение психологов и их рекомендации.

— Давай, шли. Только имей в виду: психологи могут потребовать дополнительную информацию. До их заключения вербовку запрещаю.

— Да я и так знаю, что без твоей санкции — не имею права…

— Я просто напоминаю. Без самодеятельности. Как твои ребята?

— В порядке. Работают здорово. Я тебе уже говорил, что мне повезло с кадрами…

— Ну и хорошо. У тебя еще что-то?

— Хотел узнать, как твое здоровье?

— Как у Рабиновича. "Не дождетесь"…

07.03.2009. Россия, г. Анапа. Пляж санатория "Золотой берег". 16:56

— Не дождешься. — Денис показал Толику неприличный жест. — Имей ты совесть. Ты и так свою "тридцатку" рубишь. И это в Анапе-то! И это — каждый месяц.

— Да чего мне эта "тридцатка". — Толик с силой и даже как-то обижено зашвырнул камешек в море. — Моя Анька на косметику только "пятишку" вбухивает.

— Надо было себе даму покрасивее искать, — вставил шпильку директор, внимая, силясь открывая бутылку пива зажигалкой. — Не пришлось бы так раскошеливаться.

— Ха-ха-ха, — скривился Толик. — Твой юмор сегодня особенно изыскан…

Погодка сегодня была удивительно хороша. Ветер лениво, будто бы просто для порядка, теребил верхушки высоких, еще не успевших одеться в вечно модные зеленые легкие плащи, тополей. Мелкие волны мерно накатывали на песчаный пляж. Пара бакланов гордо прохаживалась возле воды, будто ища что-то.

Друзья сидели лицом друг к другу, оседлав деревянную лавку длинного металлического навеса, стоящего здесь с незапамятных времен. Краска с железных полых внутри труб давно слезла, ветер посрывал с крыши большинство шиферных листов, а каркас так и стоял тут, никому не нужный.

— Как на металлолом не растащили… — пробурчал себе под нос Андрей.

— Чего? — переспросил друг.

— Говорю, как на металлолом не растащили? — повторил громче директор, оглядев конструкцию.

— А как ты его растащишь? — сплюнул на песок Толик. — Он же сваренный. Его пилить надо, тащить потом. А тут — место открытое. Зачем рисковать? Другие места есть…

— Помнишь, как мы тут лазили малые? — улыбнулся Андрей. — Ты еще сорвался и на песок плашмя грохнулся. А потом встал такой — и вдохнуть не можешь.

— Да, перепугался я тогда здорово, — хохотнул тот. — А помнишь — с "пионерами" тут бились.

— Ага!

— Помнишь, Жека еще тому длинному такой подкат "зафигачил" — тот так и растянулся.

— Мы тогда отхватили вообще-то… — напомнил директор.

— Ну да, — немного погрустнел Толик. — Но мы же отомстили?

— Когда?

— Да тебя не было уже…

— А где я был?

— Уехал ты, где же еще…

— А-а-а…

Минута воспоминаний как-то сама собой закончилась. Толик расправил плечи и откинулся назад, неудобно облокотившись на тонкую трубу. Андрей смотрел на волны. Это занятие всегда помогало ему почти полностью отрешиться от реальности и набраться жизненных сил. Он как будто черпал их из воды, их песка, их ветра. В Москве ему этого очень не хватало.

Из открытой решетчатой калитки "Золотого берега" высыпала ватага детворы лет десяти-двенадцати. Издавая разнообразные шумовые эффекты, которые, впрочем, благополучно глушились морскими волнами и ветром, дети рассыпались по пляжу. Мальчишки, одетые в основном в спортивные костюмы и весенние куртки, тут же начали древнюю как мир игру "убеги от волны". Девочки, довольно тепло одетые, разбились на группки и прохаживались по пляжу, что-то эмоционально обсуждая.

— А чего это, дети в "Берег" заехали что ли? — удивился Андрей. — Я не заметил что-то…

— Так неделю уже. — Толик носком кроссовка сосредоточенно пытался нарисовать на песке какой-то узор. — Северные. Кто-то им там путевки организовал. "Невтескважинск" какой-то…

— А чего среди учебного года-то?

— Да я че — доктор?

— А ты чего, до сих пор сюда захаживаешь? — Андрей улыбался, наблюдая, как пацаны играли в "сифу" каким-то рваным грязным черным пакетом. — В шею не гонят?

— А чего им меня гнать? — хмыкнул друг. — Им-то я чего сделал? Пацаны, казаки-то, охранники которые, побесились первое время. Им ведь тогда тоже влетело, за то, что не уследили. А потом — нормально. Водки вместе выпили и помирились. Ха! Слышь, когда с ними бухали, прикол какой был! Эй, ты меня слушаешь вообще?